Александр Скобов: «Разумеется, путинская конституционная спецоперация должна быть прямо названа государственным переворотом. Как это уже сделано в обращении сотен муниципальных и региональных депутатов. Но тут надо договаривать до конца. Раз это является государственным переворотом, значит организовавшие этот переворот Путин и его приспешники являются государственными преступниками. Оппозиция должна выставить требование отстранения от власти и ареста Путина и его приспешников.

Александр Скобов: «Разумеется, путинская конституционная спецоперация должна быть прямо названа государственным переворотом. Как это уже сделано в обращении сотен муниципальных и региональных депутатов. Но тут надо договаривать до конца. Раз это является государственным переворотом, значит организовавшие этот переворот Путин и его приспешники являются государственными преступниками. Оппозиция должна выставить требование отстранения от власти и ареста Путина и его приспешников.


3a38c0d6


Вот это и должно стать центральным требованием оппозиции, которое вся её агитационная кампания должна лишь обосновывать. Должно стать программой оппозиции – простой, понятной, конкретной и осуществимой...Вопрос о смене власти в России не будет решен без массовых уличных протестов»

Еще до "недокарантина" политолог Кирилл Рогов обратил внимание на то, что в процессе становления и эволюции современных авторитарных режимов момент снятия ограничений на срок пребывания автократа у власти является ключевым. Если режиму удается проскочить этот момент без больших проблем для себя, он переходит на качественно новый уровень авторитарности и "консолидируется" (закрепляется) надолго.

Дело даже не в новом уровне репрессивности, хотя и он обычно поднимается. Дело в новом уровне охолуивания как политической элиты (её – в первую очередь), так и общества. Дело в новом уровне пресмыкательства перед автократом и "вышестоящими" вообще, в новом уровне массовой готовности к такому пресмыкательству. В массовом сознании происходит примирение с мыслью, что эта власть навсегда, а значит надо не предпринимать безнадежные попытки изменить навязываемые режимом "правила игры", а приспосабливаться к ним.

Современная (постмодернистская) диктатура вполне может обходиться без пиночетовских стадионов и массовых убийств. Но если голосовательный балаган пройдет для Обнулёныша сравнительно безболезненно, начнется новый этап выдавливания оппозиции из всех оставшихся ниш, которые она занимает. Из всех пор общества. Ускорится процесс "выпиливания" её из системы социальных связей. С людьми, не скрывающими свое неприятие путинского режима, просто будут бояться иметь дело. Даже вполне неполитическое дело. Такие люди практически потеряют возможность работать в области науки, образования, культуры, да и частного бизнеса.

Ползучий процесс такого выдавливания оппозиции из всех общественных пор идет уже давно. Но он резко ускорится. Основная масса людей, включенных в систему социальных связей, будет повязана липкой круговой порукой взаимного умолчания, лицемерия, лжи, соучастия в ритуалах публичного выражения лояльности. Кто помнит невыносимо затхлую атмосферу брежневского "застоя", понимает, о чем идет речь. Фактически это будет тоталитаризм-лайт. Хотя насколько он будет "лайт", тоже еще вопрос.

У оппозиции нет ни малейшего шанса помешать путинской клике провести свой голосовательный фарс и объявить о своей "триумфальной победе". Это будет сделано, какими бы репутационными издержками для режима это не сопровождалось. В этом вопросе режим просто не может отступить ни на шаг. Любое отступление приведет к потере равновесия. Оппозиция может лишь постараться, чтобы режим потерял равновесие в любом случае. Постараться, чтобы режим вошел в свой новый этап с максимально широкой пробоиной в легитимности.

Споры о том, что более эффективно делегитимизирует власть – бойкот голосовалища или массовое голосование против – сегодня окончательно потеряли смысл. На процесс делегитимизации власти никак не влияет ни то, ни другое. Все барьеры для неограниченных фальсификаций сняты. Нарисуют и голоса "за", и явку, хоть сиди на диване, хоть иди на участок, чтобы сказать свое "нет". Вечным приверженцам этих двух тактик пора перестать обвинять друг друга в пособничестве режиму. Ни от одной из них сегодня нет никакой пользы, но и вреда никакого тоже нет.

Важно другое: как оппозиция расставит акценты в своей агитационной кампании. В кампании, которую придется ограничить интернетом, поскольку оппозиции отказали даже в праве вести агитацию в традиционных СМИ. Разумеется, надо продолжать разъяснять губительную суть путинских поправок. Причем – всего пакета, а не только обнуления сроков Путина. Да, это самая омерзительная, самая шулерская и подлая, самая оскорбительная и унизительная для граждан часть путинской "реформы". Но соблазн сосредоточиться исключительно на "вечном Путине" – обманка.

Нельзя забывать, что поправки в целом завершают превращение России в архаическую вертикальную автократию и закладывают основы тоталитарной идеократии. В которой единую и обязательную для всех мессианскую идеологию заменит религия государственной церкви и сакрализованная историческая мифология с табуированием её критики. Нельзя забывать о том, что сама вопиюще беззаконная процедура принятия "поправок" обнуляет даже те правовые ограничения власти, которые всё ещё в Конституции сохраняются. Что всё это, любого преемника нынешнего Верховного Саламандра, будет стремительно превращать в такого же автократического ящера.

Разумеется, путинская конституционная спецоперация должна быть прямо названа государственным переворотом. Как это уже сделано в обращении сотен муниципальных и региональных депутатов. Но тут надо договаривать до конца. Раз это является государственным переворотом, значит организовавшие этот переворот Путин и его приспешники являются государственными преступниками. Оппозиция должна выставить требование отстранения от власти и ареста Путина и его приспешников.

Вот это и должно стать центральным требованием оппозиции, которое вся её агитационная кампания должна лишь обосновывать. Должно стать программой оппозиции – простой, понятной, конкретной и осуществимой, в отличие от программы построения "Прекрасной России Будущего" уже при жизни нынешних поколений.

Когда путинская клика и ее холуи объявят о своей "триумфальной победе" на голосовалище, вам будут говорить: "Вопрос закрыт. Проехали. Давайте двигаться дальше в рамках новых реалий". Надо не дать режиму спокойно "двигаться дальше". И сегодня мало сказать "мы не примем и не признаем результаты абсолютно беззаконного и мошеннического голосавательного фарса". Важно ещё сказать: "Мы продолжим кампанию сопротивления государственному перевороту. И будем вести её вплоть до отстранения от власти и ареста Путина и его приспешников".

Необходимо также признать: смена власти в рамках установленных этой властью границ легальности сегодня в России невозможна. Любое протестное движение сразу упрется в них. И тот, кто всерьез стремится к смене власти, должен быть готов за эти рамки выйти. И об этой готовности должно быть заявлено. Заявление о готовности выйти за рамки установленных режимом границ легальности уже есть выход за эти рамки.

Сегодня оппозиция может призывать лишь к публичным выступлениям против переворота известных людей, да к кампании коллективных обращений в интернете. Но надо помнить: вопрос о смене власти в России не будет решен без массовых уличных протестов. Они возможны лишь как несанкционированные. Власти растоптали даже право на не требующий согласования одиночный пикет. Так что будут и разгоны. И избиения, и аресты. Возможно – не только. Оппозиция должна заявить о готовности пойти на все это.

Политологи и политтехнологи гадают, будет ли российское общество готово к массовым уличным протестам к осени. Накопится ли к этому времени критический заряд ненависти к власти для социального взрыва. Современная наука не позволяет с точностью просчитать такие вещи. Может и не накопится. Но если российская оппозиция (вернее, то, что от нее осталось) не хочет окончательно и бесславно уйти в историческое небытие, она должна дать режиму бой. Весьма вероятно, она его проиграет. Но не капитулирует. Сохранит факел сопротивления. Покажет, что кроме модели покорного встраивания в тираническую систему и приспособления к ней есть и другая модель поведения. Модель неподчинения холуйским нормам. Большое количество отказавшихся смириться людей и будет той "пробоиной в легитимности", которая не позволит путинскому кораблю благополучно продолжать "свой в мутной воде круиз".

Это ставка на социальный взрыв. Он чреват многочисленными рисками непредсказуемых и неуправляемых социальных процессов. И это страшит очень многих. Но альтернатива – погружение России в туркменбашизм. Надолго.

Александр Скобов