ГОЛУБЫЕ ПРОКУРОРЫ

ГОЛУБЫЕ ПРОКУРОРЫ

***
Очень забавные формулировки применяет Знак, пытаясь рассказать нам историю, как в Москве двое мужчин-работников прокуратуры в ходе занятий страстной любовью немного перестарались и один другого задушил до смерти.

Знак старательно избегает слова «геи».
Или «гомосексуалисты».

Или «помощники прокурора нетрадиционной сексуальной ориентации».

Но меня больше возмущает не мужеложество прокурорских. Судя по последним событиями в Краснодаре - там много таких.

Как мы знаем, Конституция не запрещает прокурорам трахать друг друга в зад.

Возмущает и не то, что при этом использовались БСДМ игрушки. Да б-га ради - закону безразлично, если ты используешь при сексе всякого рода девайсы, в том числе и наподобие тех, что отливаются в станице Полтавской в ст.Полтавской Краснодарского края недавно открылась фабрика по производству секс— игрушек. Прим. Либерал , то это исключительно твоё личное дело.

Возмущает то, что жертве было 22 года.

Вы подумайте об этом.

И мы после этого удивляемся тому, как странно работает прокуратура.

Прокуроры осуществляют надзор за тюрьмами; органами, занимающимися оперативно-розыскной деятельностью; прокуроры поддерживают обвинение в суде. На них законом возложено множество социально- значимых функций. Очень важных функций.

Понятно, что юноша поступил работать в прокуратуру по блату, иначе просто невозможно в таком возрасте получить работу в таком месте.

Возможно, даже смерть застала его в момент выполнения основных, так сказать, рабочих задач.

Но мысль о том, что в нашей (скрепной) стране поддерживал обвинение в суде по уголовным делам двадцатидвухлетний мажор-педераст, принятый на работу за красивые глазки и (скорее всего) упругую задницу, просто рвёт все шаблоны.

Мир уже никогда не будет прежним.

Вы просто представьте такое гламурное кисо, в каком-нибудь действительно состязательном процессе, где адвокаты за малым что в горло не впиваются.

Или в спецприемнике, который прокуроры обязаны посещать и проверять регулярно

Московские голубые прокуроры сломали последнюю скрепку в моей голове.

Все авторитеты пали. «Ничто нельзя, все дозволено», как хрипел в своё время Егор Летов.